Меню Рубрики

Почему нельзя запрещать аборты

Сегодня аборты являются чем-то страшным и зловещим. Данную медицинскую процедуру ругают так, что даже террористы и сатанисты не подвергаются такому гневу. Но на самом деле аборты — это не абсолютное зло. Точнее, это все-таки зло… Но уж явно не такое, каким его рисуют многие.

И так, начнем с того, что есть аборты по медицинским показателям или аборты после изнасилования. Вот здесь просто без комментариев. В такой ситуации мать имеет полное право воспользоваться этой кровавой процедурой.

Но это крайности. А крайности надо выносить за скобки. Давайте теперь разберёмся с абортами по искреннему желанию женщины. Например, девушка забеременела случайно. Она никаким боком не хочет, а часто и не может (например, из-за ужасной бедности) воспитывать ребенка. Что же ей делать?

Родить ребенка пока для общества и РПЦ? А вот будет ли общество и РПЦ его воспитывать… Или хотя бы помогать в его воспитании? Нет! Черта с два. Ты не хочешь этого ребенка, но ты обязан родить этого ребенка.

Ты будешь злиться, срываться, мучиться, мучить несчастного ребенка. А все эти лицемеры, во главе со святошами-священниками, будут поливать тебя еще большей грязью.

И плевали они, что вы изначально не хотели ребенка, и что искренне об этом говорили, и что вас заставило общество… Да им главное просто вас уничтожить. Ведь это у вас же будет незапланированный ребенок, а не у них.

Таким образом, наше общество ведет себя крайне грязно. Оно провоцирует женщин на незапланированные роды, ломая жизни целым семьям. Не надо «ля ля», что ребенок жизни не ломает. Расскажите это молодым девочкам, которым приходится бросать школы и институты, чтобы воспитывать детей, которых их насильно заставили через силу из-под палки вопреки всем законам, родить.

Конечно, аборт это убийство. Но стоит отметить, что убийство крайне небольшого существа, которое не является человеком. Согласно последним исследованиям, на пятой недели беременности эмбрион достигает всего одного сантиметра в длину. Так что все байки насчет того, что с первого дня внутри женщины живет (работает и творит, блин) живой человек — это бред.

Убивать нельзя никого. Да. Но здесь об убийстве именно человека явно не идет речь.

Кроме прочего, в Европе много лет шли споры по поводу абортов. И, в конце концов, судья решили, что человек имеет право распоряжаться всем, что находится внутри его тела. Конечно, это мелочь, но все же. Так сказать, юридический факт.

Некоторые говорят, что можно хорошо предохраняться. Но! Но, даже если вы будете заниматься сексом с презервативом и таблетками, то все равно пару процентов вероятности беременности есть. А если еще рассмотреть тот факт, что презервативы рвутся, а таблетки или свечи могут просто взять и не подействовать, то вообще все куда острее.

Так что позиция в стиле: я предохраняюсь, мне аборты не грозят — это глупость. Это то же самое, что сказать: я не болею, мне больницы ни к чему.

Поэтому об абортах должен думать каждый. Потому что каждый может с этим столкнуться, а не только проститутки или нимфоманки.

Кстати, вот что еще, сегодня умные девушки делают аборты с простым видом. Легко. Непринужденно. Я это точно знаю, потому что у меня есть знакомый, работающий в больнице.

Девушки в наглую приходят, избавляются «от груза» кровавым способом, и им плевать. А потом. Потом такие барышни высмеивают тех дам, которые родили нежеланных детей и теперь мучаются ими. Вот вам такая правда жизни. И никаких ванильных вам облаков…

Если мы обратимся к Богу, то Богу лучше, чтобы все нежеланные дети просто отдавались в хорошие семья. Но наше общество к этому не готово. Ведь мать, которая отказалась от своего ребенка, терзают куда хуже, чем ту, которая сделала аборт. Так что по божьему пути мы точно не готовы идти.

И вообще, почему мы думаем о благополучии эмбриона, которые еще в утробе, но не думаем, какого будет нежеланному ребенку, которого в лучшем случае не будут любить, а в худшем случае будут откровенно травить собственные родители каждый день?

Знаете, почему так? Потому что нам стыдно, когда видно, а когда не видно, то вроде и не стыдно!

Подводя итог, хочется сказать, что незапланированные беременности бывают! И нежеланные дети тоже бывают! И хоть убейтесь вы со своей ванилью, это будет так, а не как вы рисуете в своих недалеких фантазиях.

И делать со всем этим что-то надо. Лично я считаю аборт нормальным (хоть и крайним, и не приятным) выходом. Для меня аборт менее страшный грех, чем воспитание ребенка для галочки со всеми вытекающими последствиями.

Вы не считаете так? Хорошо? Придумывайте альтернативу! Девушка беременна. Она не хочет детей. Что ей делать?

Вот когда альтернатива будет, то я с радостью с ней соглашусь. А пока ее нет, то я буду высказываться за нормальное отношение к абортами в обществе.

Я не злой и не псих. Просто мне не хочется получать баллы на горе других людей. Мне не хочется просто кричать, как тупой попугай, что этого нет, если я знаю, что это явно есть.

Я живу в суровой, взрослой действительности, где без абортов, к сожалению, никак. И если вы такие умные, то напрягитесь и найдите иной выход из ситуации. А если нет, то ваше кряканье о греховности абортов гораздо греховнее, чем сами аборты.

источник

Участницы акции «Черный протест» возле польского парламента. Фото: Agencja Gazeta

Тысячи жительниц Польши участвуют в общенациональной забастовке в знак протеста против полного запрета абортов, который готовится ввести парламент страны. Какое дело до этого беларускам и беларусам? И почему запрет абортов – это опасная глупость, которая не решает проблему, а просто отбирает у женщин права и угрожает их жизням? Разбираемся.

Последний раз в беларусском интернете велись столь ожесточенные бои на тему событий в другой стране, пожалуй, во время оккупации Крыма. Понятное дело: война в соседней стране. С соседней страной. Там и до нас недалёко.

Тема нынешнего холивара вроде как не имеет к Беларуси прямого отношения – это возможный полный запрет абортов в соседней Польше.

Там и сейчас аборты можно делать только по медицинским показаниям или если зачатие произошло в результате изнасилования. Но консервативный польский парламент хочет ввести уголовную ответственность и сроки до пяти лет тюрьмы как для женщины, так и для доктора, решившихся на операцию. Даже если беременной в результате родов грозит смерть.

И хотя в Беларуси аборты можно делать по желанию и изменения ситуации не предвидится, беларусы неожиданно встали на дыбы от возмущения.

Одни возмущаются ограничением прав женщин распоряжаться своим телом по своему усмотрению. Другие – тем, что первые, оказывается, приемлют «убийства младенцев», которые не могут заступиться за себя.

Леденящие кровь истории о подпольных абортах сыплются в ответ на душераздирающие фотографии маленьких человечков внутри мамы, которым так хочется жить.

Рассказы благородных родителей, решившихся рожать заведомо больного ребёночка, – против историй об изнасилованных девочках, родивших и покончивших жизнь самоубийством.

Все эти истории – страшные. Можно бесконечно спорить о том, кого убивать ужаснее и перекидываться громкими лозунгами. Но давайте зададим себе один простой вопрос: чего мы хотим добиться?

«Журнал» также рекомендует:

И те, и другие выступают за жизнь, за права женщин и права детей. Есть, правда, ещё группа товарищей, которые говорят, что людей и так слишком много, перенаселение планеты приведёт к экологической катастрофе, и все мы умрем – поэтому, говорят эти товарищи, вообще нет смысла заморачиваться на счет трудностей каких-то там женщин или детей.

Но не будем об этих товарищах. Эта статья для тех, кто все-таки за жизнь. За, по возможности, счастливую жизнь и женщин, и детей. И мужчин. Как-то о них забывают в этом дискурсе, а они ведь и детьми были, и в процессе создания новых участвуют, так что хочется и их включить в разговор о будущем общества.

Немного статистики

В год в мире совершается около 56 миллионов абортов (данные Guttmacher Institute). В среднем на тысячу женщин детородного возраста (от 15 до 44 лет) приходится 35 абортов в год.

Самый низкий уровень абортов отмечается в Северной Америке и Западной Европе – 17-18 случаев на тысячу женщин детородного возраста. Это те страны, в которых аборты легальны, но при этом много делается в плане пропаганды планирования семьи, контрацепции и уважения к правам человека.

В Восточной Европе этот показатель снизился вдвое за последнюю четверть века: с 88 случаев на тысячу женщин в 1990-1994 годах, до 42 сейчас. Прогресс налицо – но разница с Северной Америкой и Западной Европой пока все еще колоссальная.

Почему запрет абортов не решает проблему

Во-первых, существуют разные мнения о том, с какого момента эмбрион в утробе матери можно считать человеком: с момента оплодотворения; на четвёртой неделе, когда начинает биться сердце; на восьмой, когда эмбрион уже похож на взрослого маленького человека.

Но на каждом из этих этапов мы говорим о потенциальном новом человеке. Вспомним также, что каждый месяц многие женщины детородного возраста теряют этого потенциального нового человека, так как оплодотворённая яйцеклетка, не сумевшая прикрепиться к стенке матки, вымывается из организма вместе с менструальной кровью.

«Журнал» также рекомендует:

Во-вторых, вряд ли какая-либо женщина в здравом уме стремится получить опыт аборта. Совсем наоборот! Зачем кому-то проблемы со здоровьем, риск остаться бесплодной, и вообще хирургическое вмешательство в организм?

А ведь аборт – это ещё и серьезные психологические последствия. Булгаковская Маргарита в одном из ключевых моментов книги встречает Фриду, переживающую в аду убийство своего ребёнка. Её страдания настолько ужасны, что Маргарита решает использовать свою единственную просьбу к Воланду, чтобы помочь ей, а не Мастеру.

Женщины идут на аборт от безысходности, и этот шаг зачастую влечёт за собой последствия в течение всей их жизни.

Уменьшить число абортов можно их предупреждением. Для этого нужны образовательные программы для школьников. Бесплатные презервативы. Анонимные консультации и доступность услуг гинекологов. И главное – изменение отношения в обществе к женскому организму: от чего-то постыдного и периодически кровоточащего к понятному, важному и нормальному.

В-третьих, что может побудить уже забеременевшую случайно женщину родить? Понимание важности каждой жизни. Безусловно. А ещё больше – широкая поддержка молодых мам. Ведь защита прав детей должна распространяться на них и после того, как они родились. Хорошие ясли и садики. Законодательство, защищающее беременных и одиноких родителей. Уверенность, что маме помогут растить ребёнка. Всё это будет способствовать уменьшению количество абортов.

Статистика свидетельствует: на самом деле в странах, где аборты разрешены, их относительное число меньше, чем там, где аборты запрещены (по данным Guttmacher Institute 34 против 37 случаев на тысячу женщин детородного возраста)!

Запрет на аборты не избляет от них – попавшие в безвыходную ситуацию женщины все равно их делают. Преследования и наказание тех, кто вынужден идти на аборт, не приводят к уменьшению их реального количества. Только к подпольным операциям, смертям и увечьям. Более состоятельные едут делать аборт за границу. Менее состоятельные идут на рискованные операции дома, подвергая опасности свою жизнь.

Запрет абортов также ведет к нежеланию гинекологов вести беременность, а уж тем более браться за тяжёлые случаи. Ведь если есть риск неудачи, на них может пасть подозрение в умышленном убийстве ребёнка. А там тюрьма, позор, запрет на профессию. Докторам это нужно? Проще оставить этих проблемных беременных разруливать свои беременные проблемы самостоятельно. Как в старые добрые времена. Средневековья.

В общем, удержать женщин от абортов может поддержка, но не угроза наказания.

И самая важная поддержка – это поддержка от пап. Часто можно встретить убеждение, что беременность, со всеми анализами, осложнениями, расходами и тревогами за будущие ребенка – это исключительно женская задача. Нечего удивляться, что оставшиеся с ней один на один женщины решают её, как могут.

Как сделать мужчин ответственными? И еще один, более жесткий вопрос: что нужно сделать, чтоб мужчины перестали насиловать женщин? Ведь единственная причина нежеланной беременности, наступившей в результате изнасилования, – это само изнасилование: когда неконтролирующий себя мужчина считает себя в праве делать с телом другого человека то, что ему захочется. Нередко можно услышать мнение: изнасиловали – «спровоцировала» и «сама виновата». И в том, что она забеременела, опять «сама виновата» женщина. И в том, что сделала аборт, тоже виновата женщина.

Теперь польские политики становятся в позицию насильника: они тоже считают, что вправе решать, что делать с телами других людей. Мы не говорим о тех, кто считают аборт плохой практикой и призывают его не делать. Мы о тех, кто хочет навязать свою волю гражданам и запретить аборты. Прикрываясь красивыми словами о ценности жизни, они превращают тела людей в подвластные им объекты, тем самым эту жизнь обесценивая.

И самое страшное, что происходит сейчас в Польше в отношении женщин, – это изменение социальных норм. Женщина второстепенна, ею можно пренебрегать. Жизнь ребёнка важнее жизни матери, даже если он останется сиротой. Но кто дал политикам право решать, чья жизнь важнее?

А что дальше? Кто-то с должностью начнёт решать, в каких позах и скольких детей рожать? Какие женщины вынашивают детей хорошо, а какие – плохо? Кого скрестить с кем, чтоб получился наилучший результат? То, что считается дикостью и вмешательством в личную жизнь, опять может стать нормальным.

Возможно, моя позиция может показаться наивной – но я за сознательность, ответственность и любовь. За то, чтобы любить ближних, даже когда те вынуждены идти на трудные поступки. За то, чтобы нести ответственность за зачатую жизнь. И лучшее, что могут сделать окружающие, – это создавать условия для того, чтоб этот ответственный выбор был сделан сознательно.

источник

Если вынашивание ребенка равно разрушенной жизни девушки, она при любых обстоятельствах будет искать способ избавиться от незапланированной беременности

Опять внимание к теме абортов привлекли австралийцы, которые на государственном уровне отменили запрет на аборты. Вопрос декриминализации абортов остро стоит несколько лет подряд и вызывает ожесточенные дебаты. И вот, в конце сентября последний штат в Австралии отменил запрет на аборты, длившийся более века. Решить этот же вопрос на законодательном уровне пытаются в Новой Зеландии. А вот в некоторых штатах США, наоборот, стремятся вообще запретить аборты, вызывая народные протесты.

Читайте также:  Средства сокращающие матку после аборта

В прошлом году эксперты ООН призвали все страны мира легализовать аборты и дать женщинам всего мира возможность самим решать этот вопрос. Поскольку право на аборт — это право на частную жизнь, физическое и психологическое здоровье.

Тема абортов супертяжелая и деликатная. В ней не до шуток и легкомысленных сравнений. Но все же начну с красноречивой параллели, которая в своей святости и рядом не стояла с темой зачатия или прерывания жизни. Сухой закон в США: прекратили ли люди употреблять алкоголь? Нет. Способствовал ли запрет развитию нелегального оборота алкоголя, падению качества алкоголя и соответствующим негативным последствиям? Да. Понятное дело, что в целом, наверное, уровень потребления тоже упал. Но очень дорогой ценой.

Такая же ситуация и с запретом абортов: если у девушки в жизни или в семье такие условия, что вынашивание ребенка фактически равно разрушенной жизни девушки, то она будет искать пути избавления от незапланированной беременности. И может принести гораздо больше вреда себе и окружающим, чем если обратится за профессиональной помощью для проведения аборта. Это касается и дальнейшей возможности беременеть и рожать.

Рассмотрим несколько важнейших аспектов.

Решиться. Безусловно, жизнь — это самая большая ценность. И маленькое существо в животике уже с первых недель пребывания в утробе осознает и слышит, что оно не является желанным и его буквально хотят убить. Аборты совершаются до 8 недели беременности включительно, а сердце маленького человека стучит уже с 5−6 недели, и останавливать его — неописуемые муки и боль. Как для беременной, так и для ребеночка.

Почему аборты все-таки делаются? Сразу отбрасываем патологические отношения мужчин и женщин, где подобный поступок становится манипуляцией или местью в межличностных недоразумениях. Перейдем к тем случаям, когда аборт — реальная необходимость и другого выхода беременная не видит.

Во-первых, «страна советов» часто до сих пор живет в ментальности нашего окружения, и клеймить людей и обсасывать чужую жизнь в стиле « вот такая молодая!», «нагуляла», «да у нее же мужа нет!», к сожалению, явление частое. Которое, к еще большему сожалению, часто создает реальное давление на отдельных индивидов, в том числе подталкивая к действиям, вызванных страхом осуждения.

Во-вторых, отсутствующее доверие в семье и жесткие правила, в которых приходится «шифроваться», а право на ошибку отсутствует. Это также может стать основанием для девушки на прерывание беременности под страхом реальной смерти от стыда и неприятия ближайшим окружением. Идеально, если, попав в передрягу, ваши дети говорят не «О, Боже! Хоть бы мама или папа не узнали!», а «Надо срочно позвонить маме или папе — они точно поддержат, помогут!».

В-третьих, страх женщины, что она останется одна с ребенком, без соответствующих поддержки и помощи, как материальной, так и моральной. Страх того, что, если оставить ребенка, совместная дальнейшая жизнь обоих станет адом. Какой из этого выход? Как правило, все эти страхи не оправдываются. Но бывает по-разному.

Важно воспитывать детей с пониманием ответственности за отобранную жизнь. Но важно также воспитать ребенка с пониманием, что ошибаются все. А те, кто клеймит или обсасывает чужие жизни и лезет с советами, часто сами имеют море своих « скелетов в шкафах». Важно также воспитывать с реальным осознанием помощи со стороны семьи и друзей, которые всегда поддержат и никогда не бросят в трудную минуту. Тем более — в любом случае не прекратят любить и общаться.

Если вы уже находитесь в трудной ситуации или наблюдаете за такой ситуацией своей подруги, то:

— найдите безопасную среду для того, чтобы проговорить состояние и проблемы;

— взвесьте все « за» и «против», поговорите с мамой, папой, партнером, вполне может оказаться, что этот ребенок будет благословением и мечтой для них, а не поводом стыдиться, даже в условиях «строгих правил» в семье;

— если решение делать аборт принято, ищите профессионального человека с опытом и хорошей репутацией;

— с психотерапевтом обязательно проработайте все: как чувство вины от совершенного, так и горе от потери ребенка;

— ни в коем случае не делайте вид, что ничего не произошло: вытеснение и подавление эмоций и чувств опасны для здоровья и жизни.

Когда дело сделано, чувство вины становится буквально пожизненным, и может стать причиной опасной и затяжной депрессии. С этим нужно обязательно работать. Или психотерапией, или духовными практиками, или еще какими-то действенными способами, которые помогут прожить и отпустить ситуацию, принять себя и простить. Помните: принятое решение было единственно правильным на момент его принятия. Печально, больно и хотелось бы иначе, но произошло именно так, как должно быть.

Если вам станет проще с каким-то способом компенсации ситуации, найдите детский приют и станьте постоянным помощником, благотворителем. Иногда депрессия может поглощать настолько глубоко, что возможным путем для успокоения может стать усыновление или удочерение ребенка из детского дома. Но не спешите принимать судьбоносные решения в нестабильном психическом состоянии. Сначала приведите в порядок собственные чувства.

Люди, которые верят в перевоплощение души и карму, могут вам рассказать о том, что души младенца и беременной мамы должны были так или иначе пройти этот опыт. И сопротивляться этому нет смысла. Так же они бы рассказали и о том, что не стоит сеять опыт убийства в этой жизни, потому что тогда придется «платить» и за него — например, быть абортированным ребенком в следующем воплощении. Со всеми теми переживаниями, которые ребенок испытывает в процессе избавления от него.

Какой бы веры вы ни придерживались, думаю, все мы можем согласиться с мнением о том, что мир создан не для страданий и выращивания собственного чувства вины. Потому что с точки зрения психологии, наказываем мы всегда только сами себя, своими же страхами и установками. Окрашиваем в разные цвета людей и события, придаем им значение.

Человек имеет право на выбор. Запрет на аборты их не отменит. Это как стоять у дерева и не называть его деревом: оно все равно там есть, даже если мы не говорим о нем вслух. К сожалению, потребности и причины для абортов пока есть. И значительно лучше, если это возможно будет сделать в соответствующих условиях с минимальными рисками.

Мир субъективен. Поэтому если есть врач, который может осуществить такую процедуру, есть человек, которому эта процедура нужна, то для всех лучше, чтобы это произошло качественно, без рисков и возможных вредных или фатальных последствий.

В США процент абортов сокращают понятным и простым способом. Гигантские очереди взрослых на усыновление детей ждут, когда беременная женщина, которая не готова воспитывать ребенка сама, родит и сразу передаст новорожденного бездетной семье.

Женщина — это человек, у которого есть собственная жизнь, желания, потребности, страхи. Если так случилось, что женщина не хочет и не готова вынашивать в себе ребенка, то она должна иметь право вернуть себе свою жизнь. А каждому стоит заняться своими делами, и помнить, что судить — не человеческое дело.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl + Enter

источник

Считают ли врачи искусственное прерывание беременности убийством, идут ли на сделку с совестью и религиозными убеждениями? Корреспондент «Площади свободы» София Бармина проследила, как менялось отношение к абортам в России, и поговорила с практикующими акушерами-гинекологами об их личном отношении к абортам, роли религии в работе и запретах.

Материал Площади Свободы. Редакционную версию с нашим оформлением вы можете глянуть на сайте .

Каждая женщина может однажды встать перед сложным и страшным выбором: прерывать беременность или нет. Но чем чаще права женщин на аборт ставятся под сомнение, тем этот выбор страшнее.

До сих пор в некоторых странах аборт приравнивается к убийству. Но останавливает ли это женщин и к каким приводит последствиям?

В начале 1930–х рождаемость в стране резко упала, и правительство решило запретить аборты. Зарегистрированное число абортов действительно сократилось. Но распространились криминальные аборты, самоаборты, что привело к росту материнских смертей. Женщины искали способы обойти закон и находили их.

Подпольные аборты часто делали люди, не имеющие никакого отношения к медицине, например, знахарки или вовсе домохозяйки. Женщины прибегали к варварским методам, чтобы провести аборт самостоятельно. Можно долго их перечислять, но лучше один раз прочитать отрывок из романа «Казус Кукоцкого» русской писательницы Людмилы Улицкой:

«Прошу обратить внимание. Это беременная матка с проросшим луком. Луковица вводится в шейку матки, прорастает. Корневая система пронизывает плод, после чего извлекается вместе с плодом. В удачном случае, разумеется. Неудачные попадают ко мне на стол или прямо на Ваганьково… Вторых больше… [. ] Я мог бы привести вам таких луковиц килограмм. [. ] Луковка эта, поверьте, самый хитроумный, но не единственный метод прерывания беременности. Металлические спицы, катетеры, ножницы, внутриматочные вливания черт-те чего… йода, соды, мыльной воды…»

Помимо смертности матерей увеличились случаи неестественной смерти младенцев, в том числе убийства матерями. Положение оставалось примерно на том же уровне и в послевоенные годы, пока в 1955 году аборты вновь не стали законными . Материнские смертности и убийства младенцев постепенно снижались. В стране появились первые средства контрацепции — презервативы из грубой резины, которые называли «галошами» и применяли далеко не все. Вплоть до 90–х годов с планированием семьи в России были проблемы: отсутствовали современные средства контрацепции, не было квалифицированных медицинских работников, и искусственный аборт по-прежнему оставался наиболее распространенным методом контроля рождаемости.

Сами аборты были унизительными и болезненными. Участницы социальных опросов рассказывали, что больше именно унизительными. Процедура превращалась в наказание за случившийся секс, а иногда проходила без анестезии.

Россия учла опыт прошлого, и ее можно назвать страной с наиболее либеральным законодательством в отношении абортов. Искусственное прерывание беременности входит в программу обязательного медицинского страхования (ОМС).

Несмотря на это, абсурдные случае все же происходят: в Белгородской области женщинам, решившим сделать аборт, выдают обходные листы . С ними они должны пройти несколько консультаций: у гинеколога, медицинского психолога, заведующего женской консультацией и… священника. Некоторые женщины жаловались, что без полного заполнения обходного листа сделать аборт в государственной клинике невозможно, хотя в департаментах здравоохранения это отрицают.

Русская православная церковь и депутаты борются за то, чтобы исключить аборт без медицинских показаний из программы. В 2015 году патриарх Московский и всея Руси Кирилл предложил исключить аборты из системы ОМС. А в мае того же года депутаты Елена Мизулина и Сергей Попов внесли законопроект об ограничении абортов, но документ не поддержали . В январе 2019 года депутат Госдумы от «Единой России» Виталий Милонов предложил приравнять аборты к убийствам и привлекать к уголовной ответственности врачей, которые их проводят. Председатель Госдумы Вячеслав Володин поручил создать рабочую группу, которая обсудит вывод абортов из программы ОМС.

«По вашим вопросам сразу видно: их задает человек, ни черта не понимающий в теме абортов, это комплимент. В этом есть свои плюсы. Но с такими подходами вы рискуете свалиться в религиозно-мракобесное, ханжеское мнение, которое никому никогда не помогало», — так начался мой разговор с Андреем Кудрявцевым, акушером-гинекологом с 30-летним стажем работы из города Слободской.

Для погружения меня в тему Андрей Валерьевич прислал реферат своей дочери Влады, студентки третьего курса Кировского государственного медицинского университета. Работа называется «Аборт. Морально-этические pro et contra». Некоторыми данными из реферата я пользовалась во время написания материала.

С 1988 по 2009 год Андрей Кудрявцев работал в Слободском родильном доме, последние пять лет был главным врачом. С 2011 года работает в своем частном гинекологическом кабинете.

«Проблема абортов чья угодно, но только не религиозная. Хотя именно представители разных религий в первую очередь пытаются бороться с абортами. Только аргументы и действия применяют такие, что чаще добиваются прямо противоположного эффекта. Любой мало-мальски знакомый с абортами специалист посмеется над наивностью и одновременно мракобесием их методов.

Придерживаюсь ли я какой-то религии? Нет. Но то, что Бог есть, я знаю из своей жизни и работы, не из религиозных книг. Это знает каждый, кто десятилетиями работает на грани чужой жизни и смерти. Как сказал когда-то Михаил Задорнов, мне посредники между мной и Богом не нужны.

За или против абортов? А вы за или против убийства? Не торопитесь с ответом, вопрос с подвохом. Солдат красной армии убивал фашистов, киллер убивает жертву, палач приводит в исполнение приговор. Врач в критической ситуации вынужден поддерживать жизнедеятельность нескольких пациентов. Иногда ему приходится спасать одних и оставлять умирать других, потому что резервов на всех не хватает. Это работа.

Так и с абортами. Я против абортов. «Против» означает, что я не рекламирую аборты как благо и всегда пытаюсь отговорить женщину от этого шага. Но я сторонник медикаментозного аборта, потому что у женщины должно быть право выбора. И уж если она по какой-то причине решилась на такой шаг, то делать это надо наиболее щадящим и безопасным методом.

Те, кто проходил через аборт, никогда не будут обсуждать с вами реальные моральные проблемы. Да, есть форумы, на которых эта тема обсуждается. Но читать их — только нервы себе портить. Своих пациенток я всегда прошу сразу звонить мне, а не искать помощи в интернете.

Безопасным абортом в мире сегодня называют медикаментозный аборт (без хирургического вмешательства). Он гораздо безопаснее хирургического аборта, прежде всего по своим последствиям: полностью исключается риск осложнений, связанных с механической травмой матки. Но на 100% никакой аборт безопасным быть не может: как минимум происходит гормональный сбой.

Медикаментозный аборт можно делать до 22 недель беременности. Амбулаторно — только до 9 недель беременности. До 12 недель медикаментозный аборт проводят в условиях стационара (из-за повышенного риска кровотечения) по желанию женщины, после этого срока — только по медицинским показаниям.

С 22 недель прерывание делают методом преждевременных родов или «малого» кесарева сечения. По российским законам на этом сроке плод уже считается жизнеспособным. Его в обязательном порядке необходимо реанимировать и выхаживать, несмотря на прерывание по медицинским показаниям. Поэтому второе скрининговое УЗИ проводят до 21 недели, чтобы при выявлении патологии было время прервать беременность до 22 недель.

Читайте также:  Как правильно делать медикаментозный аборт

Если сравнивать с советским периодом, то в современной практике в России мало что изменилось. При повсеместном декларировании о прерывании беременности только медикаментозно, на практике применяют все те же дедовские методы — кюретаж (выскабливание) полости матки и вакуум аспирацию металлическими наконечниками (вакуум аспирация — метод искусственного прерывания беременности путем извлечения плода с помощью специального вакуумного отсоса, — прим. ред.). Такая аспирация несет те же риски, что и кюретаж. Только 15% абортов в России прерывают медикаментозно, и те часто с нарушением технологии. В мире, во многих цивилизованных странах все наоборот: 85% абортов — медикаментозные.

Есть случаи негативного отношения к абортницам, что тогда, что сейчас. Но если испытываешь презрение или плохо относишься ко всем пациентам с «аморальными» диагнозами, то, может, лучше уйти из медицины? Пациенты с венерическими заболеваниями, беременностью от любовника или просто живущие в стесненных условиях — тоже люди. И, как и все граждане России, в соответствии с правами пациента имеют право на уважительное и гуманное отношение к себе со стороны медперсонала. Откройте Библию, где Иисус произнес знаменитые слова: «Кто из вас без греха, пусть первый бросит в меня камень». Легко рассуждать и осуждать, пока сама не оказалась в аналогичной ситуации. Именно САМА, а не сами или сам — мужчины не беременеют!

Бороться с абортами можно и нужно, но уж точно не методами запретов. Многовековая история борьбы с абортами доказала одно — метод запрета опасен для общества. В СССР запрещали аборты, в Румынии запрещали аборты — получили многократное увеличение количества криминальных абортов, убийство новорожденных, брошенных детей. Мы же не боремся с бедностью, сгоняя всех в гетто для бедных. Не боремся с голодом, полностью лишая еды голодающих.

Многие мужчины с пеной у рта говорят о том, насколько плохо делать аборты, что нужно избавить общество от всех этих «проституток». Но не раздумывая отправляют своих женщин на аборт, как только узнают о нежелательной для них, мужчин, беременности. Женщин, которые готовы покарать всех и вся за аборты, но вынуждены либо сами прийти на аборт, либо привести свою дочь или несостоявшуюся невестку — вообще отдельная песня. Двойные стандарты и двуличия в теме аборта проявляются намного ярче, чем в политике.

Единственным методом борьбы с абортами является профилактика, а именно — контрацепция. Предохраняйтесь, дамы! Еще раз: мужчины не беременеют. Можно сколько угодно рассуждать о мужском шовинизме в этой фразе, но думать о контрацепции должна прежде всего женщина. А с контрацепцией у большинства как раз проблемы. Потому что сами врачи подчас доводят до пациентки искаженную и извращенную информацию о способах предохранения от нежелательной беременности.

Повышение рождаемости путем запрета абортов — чушь. Каждая беременность должна быть желанной. Для этого у женщины должны быть все условия: бытовые, семейные, материальные, социальные. Давить на женщину при наступлении беременности могут все. А вот как родит, так почему-то никакой помощи никто не оказывает. Одних слов мало.

В Польше запрещены аборты. Думаете, это останавливает полячек? По слухам, они не только ездят в соседние страны, чтобы сделать аборт. Они загружаются на корабль с оборудованным гинекологическим кабинетом, корабль под флагом любой другой страны. Судно выходит в море в нейтральные воды, им делают хирургический аборт. Потом корабль возвращается в порт, и все по домам. Говорят, в 90–е эта практика была широко распространена, но в официальных источниках подтверждения тому нет.

Поэтому я никогда не примкну к сторонникам запрета абортов. У женщины всегда должно быть право выбора. Но общество (прежде всего мужчины) должно сделать все, чтобы этим правом ей приходилось пользоваться как можно реже. Лучше — никогда», — делится позицией Андреей Кудрявцев.

В реферате Влады я нашла данные о Пражском эксперименте, о котором до этого не знала и никогда не слышала. Пражский эксперимент позволяет учесть в вопросе абортов мнение тех, кто не должен был родиться — нежеланных детей. Научная статья «Рожденные нежеланными, 35 лет спустя» опубликована в журнале «StatusPraesens. Гинекология, акушерство, бесплодный брак» в 2011 году и описывает суть эксперимента (подписка на журнал платная, но вы можете найти и прочесть ее полностью в научной электронной библиотеке eLibrary).

В 1957 году в Чехословакии отменили запрет на аборты и разрешили прерывать беременность по желанию женщины до 12 недель беременности. Согласие на прерывание беременности выдавала районная комиссия по абортам. Если комиссия отклоняла просьбу, женщина могла обратиться в высшую инстанцию — региональную апелляционную комиссию по абортам, решение которой было окончательным.

Сохранились списки женщин, которые в 1961–1963 гг. обращались за разрешением на аборт, но получили отказ. Всего было 638 женщин, но родили только 316. У 80 пациенток якобы произошел спонтанный аборт, а у 62 женщин записи о родах попросту отсутствовали. Некоторые матери отказались от детей в родильном доме. Четыре женщины вообще отрицали, что когда-либо рожали, несмотря на записи в больничных журналах.

В основную группу эксперимента вошли 164 ребенка, которые родились в результате нежеланной беременности и проживали Праге на момент исследования. В контрольную группу вошли 166 детей со сходными социально-демографическими параметрами, которые родились в других семьях в результате желанной беременности. Все дети воспитывались в семьях с двумя родителями. В обеих группах было 50 детей, которые не имели братьев и сестер.

Исследователи следили за жизнью детей на протяжении 35 лет. Матери нежеланных детей были более холодны к ним и часто доверяли их воспитание няням или родственникам. В 9 лет нарушение социальной адаптации у нежеланных детей было более выраженным, чем у их сверстников из контрольной группы. В 14–16 лет они реже получали полное среднее образование, чаще работали подмастерьями или выполняли иную работу, для которой было не нужно среднее специальное образование. В 21–23 года (1983–1984 гг.) молодые люди были не удовлетворены своей работой, страдали от частых конфликтов с коллегами и начальством, у них было мало друзей и много разочарований в любви.

В 1989 году (возраст исследуемых достиг 26–28 лет) провели дополнительное исследование людей из обеих групп, состоящих в браке. Среди женщин и мужчин от нежеланных беременностей оказалось намного больше одиноких и разведенных, чем в контрольной группе. У жен мужчин из основной группы частота абортов (в том числе неоднократных) была гораздо выше, чем у жен мужчин из контрольной группы. Женщины из основной группы часто были не готовы к своей первой беременности и чувствовали себя несчастными.

Проведенный в 28–31 лет (1992–1993 гг.) анализ данных подтвердил гипотезу о том, что менее благоприятное психосоциальное развитие молодых людей из основной группы связано именно с их нежеланностью. В 32–35 лет нежеланные люди страдали различными психиатрическими нарушениями гораздо чаще, чем их братья и сестры или сверстники из контрольной группы.

Результаты Пражского исследования наглядно показали последствия, которые наступят при отказе в аборте женщинам, не желающим рожать. Нежеланная беременность отрицательно влияет как на психическое здоровье женщины, так и на обстановку в семье. Она влечет за собой высокий риск нарушений психосоциального и психического развития ребенка, особенно если это единственный ребенок в семье. Нежеланные дети в дальнейшем чаще становятся пациентами психиатрических учреждений. Правительство Чехословакии сделало соответствующие выводы, и в 1986 году комиссии по абортам в Чехословакии были упразднены.

Акушер-гинеколог Наталья Ильина из Мордовской республики в профессии семь лет. Неожиданно для меня врач сразу перешла к обсуждению темы, без хождений вокруг да около. Ремарка: за экспертным мнением я обратилась к пяти врачам-женщинам, и только Наталья отозвалась на мою просьбу.

–– Я однозначно выступаю против запрета абортов. Я знаю: ничто не остановит женщину, твердо решившую не рожать. Она найдет способ осуществить задуманное, даже если возникнет угроза ее жизни — сделает криминальный аборт. Поэтому увеличение рождаемости вследствие запрета абортов — сомнительный факт. Кроме того, бывают домашние роды среди женщин, не вставших на учет по беременности. Судьба ребенка в таких случаях часто не менее печальна, лучшее — эти дети пополнят ряды воспитанников детских домов.

Запрет абортов по полису ОМС в отсутствие медицинских показаний тоже не сделает процедуру менее востребованной. Просто для тех женщин, для которых стоимость аборта будет недоступна, возникнет вопрос: либо где и как достать средства, либо как избавиться от ребенка другими способами. В любом случае это не про счастливое материнство.

Не буду говорить, что аборт — абсолютно безопасная процедура. Более того, моя задача как врача — довести до женщины информацию о всех возможных последствиях. По данным разных авторов, частота осложнений аборта составляет 16–55%. В эту цифру входят и ранние осложнения (кровотечение, перфорация матки, неполный аборт со всеми его последствиями), а также поздние (бесплодие, невынашивание). Исход зависит от многих факторов, среди которых состояние здоровья женщины, срок беременности, метод проведения процедуры, компетентность врача, иногда — воля случая.

Важно помнить, что аборт не метод контрацепции. У нас до сих пор очень много вполне образованных людей, которые в то же время не знают о способах предохранения от нежелательной беременности. Это базовые знания, которые нужны всем без исключения, но о них обычно не принято говорить — ни в школе, ни в семье.

Я надеюсь, что все методы самостоятельного проведения абортов ушли далеко в прошлое. В России женщинам доступна квалифицированная медицинская помощь, и ей нужно пользоваться. Те, кто в силу разных причин не хотят обращаться в государственные больницы, могут пойти в частные клиники. О случаях криминальных абортов практически не слышно, но они есть. Чаще всего они связаны с тем, что женщина не успела до 12 недель обратиться за квалифицированной помощью в больницу, либо со страхом огласки внебрачных связей и банальной безграмотностью. В особой зоне риска находятся девушки-подростки. Им необходимо согласие родителей для выполнения процедуры, а рассказать правду они боятся и ищут способы сделать аборт тайно.

Наука не стоит на месте, и в медицинском прерывании беременности появились и активно используются новые, более щадящие методы: медикаментозный аборт, вакуумная аспирация. Если женщина решила сделать аборт, то нужно сделать его цивилизованно — это гарант сохранности жизни и здоровья.

Многие женщины приходят на прием в сомнениях и обычно хотят, чтобы их уговорили оставить ребенка, поддержали. На этом этапе акушер-гинеколог может сыграть большую роль. Кроме того, женщина обязана пройти специалистов кризисного центра или психолога, прежде чем принять окончательное решение.

Меня всегда возмущали ярые сторонники запрета абортов, которые требуют подписать соответствующую петицию где-нибудь на улице. Обычно это молодые мужчины, бездетные, но с ярко выраженной жизненной позицией. Они не видели пустых глаз женщины, которая пишет «отказную» прямо в родовом зале. Одной рукой она подписывает бумагу, а другой придерживает ребенка, которого сейчас отдаст. В большинстве своем отказницы не сделали ранее аборт только потому, что не успели, не узнали вовремя или. потому что не было денег. А теперь представьте: от новорожденных откажутся все женщины, которые хотели сделать аборт, но не смогли. Ужасно!

Я верю в Бога и верю, что каждый ответит за свои грехи. А еще думаю, что можно запретить право на аборт, но запретить «грешить» все равно не получится.

К счастью, моя работа связана именно с принятием родов. Мне не приходится идти на уступки своим религиозным взглядам, в родовом зале или в операционной помогаю рождаться детям с Божьей помощью.

Цивилизованность государства в плане демографии зависит от медицинской грамотности и информированности населения о способах контрацепции, ее доступности. Безусловно, женщина должна иметь право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Но будущее любой цивилизованной страны заключается, прежде всего, в планировании семьи.

Мы часто сравниваем Россию с Европой и США. Но и там тема запрета абортов местами приобретает радикальный характер.

Совет Европы — ведущая европейская правозащитная организация — признает аборт законным правом человека. Но в Сан-Марино, Лихтенштейне, Монако, Андорре, Мальте, Польше и Северной Ирландии аборт до сих пор криминализирован . В Андорре, Сан-Марино и Лихтенштейне аборт запрещен даже в случаях изнасилования, инцеста или патологии плода. При необходимости аборта жительницы этих государств вынуждены отправляться в другие страны, где им смогут провести медицинскую процедуру.

В Хорватии аборты вроде разрешены, а вроде нет. В 2004 году парламент Хорватии внес поправки в Закон о предоставлении медицинской помощи, согласно которому врачи могут отказать женщине в проведении аборта «по соображениям совести». Поправка стала полной противоположностью югославскому закону 1978 года, который еще действует в Хорватии. Он предусматривает право беременной женщины на свободное решение о рождении ребенка. Хорватский телеканал RTL провел расследование и выяснил: более 60% гинекологов в Хорватии отказываются проводить аборты. Те аборты, которые все же случаются, близки к практикам СССР. В октябре 2018 года в стране разразился скандал после волны признаний женщин об абортах, которые врачи провели «наживую». Некоторые врачи при этом морально унижали пациенток: «такое бывает с женщинами, которые любят мужчин».

Также есть целый ряд не европейских стран с полным и частичным запретом на аборты: Афганистан, Бангладеш, Ватикан, Венесуэла, Гватемала, Гондурас, Египет , Индонезия, Ирак, Иран, Ирландия, Йемен, Колумбия, Ливан, Ливия, Мавритания, Мали, Непал, Никарагуа, ОАЭ, Оман, Парагвай, Папуа-Новая Гвинея, Сальвадор, Сирия, Филиппины. В 29 штатах США с 2009 по 2019 год вводились разные ограничения на аборты. В 2019 году доступ к абортам ограничен в 16 штатах, в четырех регионах законы о запретах абортов (вплоть до абсолютного запрета) приняты, но по состоянию на май 2019 года еще не вступили в силу.

источник

Новость о запрете абортов в РФ уже вторые сутки будоражит общественность. «Летидор» решил разобраться, что происходит на самом деле, почему возникла такая необходимость и что об этом думают наши политики.

27 сентября Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл встретился с участниками Общероссийского общественного движения «За жизнь» и движения «Православные добровольцы» и поставил свою подпись под Обращением граждан за запрет абортов.

Граждане РФ, подписавшиеся под обращением, выступают за «прекращение существующей в нашей стране практики легального убийства детей до рождения» и требуют внести изменения в законодательство, чтобы:

  • признать за зачатым ребенком статуса человеческого существа, а его жизнь, здоровье и благополучие должны защищаться законом;
  • запретить хирургические и медикаментозные прерывания беременности;
  • запретить противозачаточные средства с абортивным действием;
  • запретить вспомогательные репродуктивные технологии, неотъемлемой частью которых является убийство детей на стадии эмбрионального развития;
  • оказывать из федерального бюджета материальную помощь беременным женщинам и семьям с детьми на уровне не менее прожиточного минимума.
Читайте также:  Таблетированный аборт как это происходит

Сегодня аборты в нашей стране разрешены законом и оплачиваются по ОМС. Каждая женщина до сих пор самостоятельно решает вопрос о материнстве. Искусственное прерывание беременности проводится на сроке до 12 недель по желанию женщины, причем не ранее 48 часов с момента ее обращения в медицинскую организацию.

Запрет и законное разрешение на аборт в разных странах зависят прежде всего от принятых религиозных взглядов и демографической ситуации. Есть страны, где аборты полностью запрещены, например, Чили и Доминиканская Республика. В некоторых странах под запретом, кроме случаев, когда это необходимо для спасения жизни женщины — в Афганистане, Ираке, Египте, Колумбии и др. С такой же оговоркой, а также в случае изнасилования аборты разрешают в Аргентине, Израиле, Перу.

В большинстве стран Европы аборты разрешены законом.

Некоторое время назад в Польше так же собирали подписи против абортов и депутаты в Сейме начали обсуждение законопроекта, который бы полностью запретил в стране искусственное прерывание беременности. Ранее закон и так был достаточно строгим и разрешал аборты только в крайних случаях, когда это касалось спасения жизни женщины, беременности, наступившей в результате изнасилования или инцеста.

Если новый закон будет принят, то женщины, которые предпримут попытку сделать аборт или уже сделали, будут заключены в тюрьму на срок до пяти лет. Исключение будут делать лишь в тех случаях, когда это угрожает жизни женщины, но такую ответственность на себя должны будут взять врачи.

Анна Кузнецова, уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребенка:

  • «Весь цивилизованный мир не первый год выступает против такого явления, как аборты, и мы поддерживаем эту позицию, при этом, конечно, считаем, что этот вопрос требует системного подхода».
  • «В стране открыто порядка 900 специальных консультативных кабинетов, только за прошлый год более 266,5 тысяч женщин обратились за консультацией и помощью, и 67 тысяч удалось отговорить делать аборт. Теперь можно говорить об успешной практике в России по профилактике абортов. Эту работу следует продолжить, сделав основной упор на защите традиционных семейных ценностей, поддержке материнства, семей с детьми, на помощи молодым семьям, совершенствовании программ воспитания подрастающего поколения и развитии общественных инициатив в этой сфере».

Ольга Голодец, заместитель председателя Правительства Российской Федерации:

  • «По поводу абортов у нас действует специальная программа, и мы принимали целый комплекс мер по профилактике абортов. У нас по сравнению с прошлым годом число абортов сократилось почти на 100 тысяч. Но надо сказать, что число их в абсолютном значении продолжает оставаться очень высоким».
  • «У нас в стране на 1 млн 900 тыс. рождений сохраняется 700 тыс. искусственных прерываний беременностей. И здесь очень важно нам взвешенно относиться к здоровью матери и ребенка. У нас серьезные достижения в снижении младенческой смертности, материнской смертности, и это все происходит благодаря очень взвешенным шагам, в том числе в рамках системы ОМС по профилактике абортов».

Вероника Скворцова, Министр Здравоохранения России:

  • «Есть определенные нюансы, связанные с возможным переходом абортов в тень, особенно для тех лиц, которые имеют низкий достаток, для несовершеннолетних, девочек, у которых случается такая ситуация. Наша задача, чтобы введение каких-то ограничений не приводило к увеличению материнской и младенческой смертности, не приводило к увеличению числа криминальных абортов».

Владимир Жириновский, лидер партии ЛДПР:

  • «Если женщина хочет отказаться — мы ее не переубедим. Если мы запретим аборты — аборты будут подпольные, зарабатывать будет медицинская мафия. Лучше давайте уговорим ее родить и заберем обязательно ребенка. Она приняла решение — мы не можем влиять на решение».
  • «Мы ее волю выполняем, мать решает, это ее воля, может, этот отец негодяй, может, не готов организм. Поэтому нужно ребенка забрать, а потом, может быть, она созреет и станет матерью этого ребенка. Вот сейчас подпольный аборт будет стоить 200 тысяч. Мы предлагаем матери дать 200 тысяч, чтобы она родила, и забрать ребенка».

Поднимать панику вроде пока рано, в отличие от польского Сейма, наши общественники до Думы еще не добрались. Однако текущая ситуация вызвала возмущение тысяч женщин, которые не хотят, чтобы государство так бесцеремонно вмешивалось в их личную жизнь. Активные участницы соцсетей незамедлительно вылили свое бурное негодование и опубликовали нелицеприятные посты на страницах в группах.

Посмотрим, как решится вопрос в Польше и как это повлияет на сложившуюся ситуацию в нашей стране. Дело ведь не только в том, что у женщин могут отнять право принимать решение и лишат голоса, а о том, как пышным цветом может расцвести подпольная медицина, которая будет предлагать незаконные услуги и пользоваться при этом огромной популярностью. А уж как кустарные аборты отразятся на репродуктивном здоровье семей, даже страшно представить…

источник

Запрет абортов снова стал предметом дискуссий. Елена Мизулина заявляет , что прерывание беременности ведет к росту агрессии в обществе, а патриарх Кирилл призывает запретить аборты на территории России. «Сноб» обсудил с демографами Борисом Денисовым и Викторией Сакевич, зачем Минздрав пугает женщин, какой была история абортов в советской России и почему традиционные ценности не влияют на количество абортов

С Согласно вашим публикациям, в России количество абортов больше связано с возрастом женщин, чем с их социальным положением. Почему так происходит?

Борис Денисов, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник экономического факультета МГУ, специализируется на демографии репродуктивного здоровья и эпидемии ВИЧ/СПИД: Официальная статистика абортов дает очень ограниченные возможности для анализа. В статистике Росстата до сих пор не выделяли брачное состояние людей, делающих аборт, их жизнь в городе или сельской местности, а возрастные группы были очень большими. Только в последние два года что-то изменилось. Мы видим, что одни люди продолжают делать аборты, другие перестают делать. У законодателей и общественности нередко возникает неправильное представление: они думают, что аборты — удел неопытных девочек. На самом деле это не так. Это перенос сюда данных о европейской ситуации: то есть люди, видимо, читают источники на английском языке и думают, что у нас то же самое. У нас же совсем другая ситуация. По подростковым абортам мы находимся где-то в середине европейского рейтинга: у нас количество абортов снижается с разной скоростью в разных группах, быстрее всего — в подростковой группе. А медленнее всего снижение наблюдается в группе старше 35 лет. Ведь чаще всего аборты делают замужние женщины с детьми.

Виктория Сакевич, кандидат экономических наук, доцент Института демографии НИУ ВШЭ, занимается вопросами репродуктивного поведения и планирования семьи: К счастью, официальная статистика Росстата дополняется данными выборочных социологических исследований. Был проведен ряд исследований, в том числе в 2011 году одно монументальное и репрезентативное, на всероссийском уровне. То есть какая-то информация есть. Например, женщины с высшим образованием однозначно делают меньше абортов, чем женщины с низким уровнем образования. В селе делают немного меньше абортов, чем в городе. В сельской местности выше уровень рождаемости.

Кроме того, существует сильная территориальная дифференциация. Общий тренд — ухудшение ситуации с запада на восток и с юга на север. Самые низкие показатели абортов, как можно было ожидать, у нас на Северном Кавказе и в Москве. На юге это связано прежде всего с культурными традициями. В данном регионе, видимо, аборт более табуированная практика, чем у остальных. Но республики Северного Кавказа — это очень маленькая доля населения России, они не формируют общей картины. Москва также очень сильно выделяется. Здесь одна из самых благополучных ситуаций в стране, то есть москвички более продвинутые в плане использования контрацепции.

С В 1920 году за женщиной было официально закреплено право делать аборт. И в советское время, исключая годы, когда действовал сталинский запрет, люди привыкли к абортам, это стало рутинной практикой: к 1980-м годам число абортов достигло пяти миллионов в год. Кажется, после такого переход к традиционным ценностям невозможен?

Денисов: Дело в том, что никакого перехода к традиционным ценностям и нет. Формулируются лишь какие-то цели, это масса каких-то нелепых вещей. Если поддерживать их, тогда необходимо отказаться и от телефона, трамвая, разводы запретить, от этого современный житель не откажется ни при каких условиях. Большое число абортов было потому, что не существовало эффективной контрацепции. Почему делают аборт? Не потому, что люди хотят его сделать, а потому, что они потерпели контрацептивную неудачу. Применяли контрацепцию, но она дала сбой. И поэтому аборт воспринимается как страховочный метод.

Баковский завод резинотехнических изделий, изготавливавший презервативы, был построен в 1936 году. Но презервативы были плохого качества, и их не хватало на всех. Плюс не было привычки ими пользоваться. Рассчитывали в основном на «дедовские методы», такие как прерванное сношение, спринцевание, подмывание и прочее. Но они очень неэффективны. Поэтому часто случался «залет», который прерывался абортом, уже легальным.

Потом, в середине 1960-х годов изобрели пилюли и внутриматочные спирали. На Западе появилась эффективная контрацепция. Но у нас ее, особенно оральные гормональные средства, Министерство здравоохранения буквально смешало с дерьмом! Там и «усы растут», и рак груди, и все что угодно, вплоть до летального исхода.

Сакевич: Но первое поколение гормональных контрацептивов действительно имело сильные побочные эффекты. Потом это быстро преодолевали и развивали, а у нас, в СССР рекомендовали применять гормональную контрацепцию только с медицинскими целями, в случае каких-то заболеваний, а не использовать как средство контрацепции. Это была официальная позиция Министерства здравоохранения.

Денисов: Свои гормональные контрацептивы у нас тоже разрабатывали, еще до войны, но эта линия оказалась тупиковой. Человек, который их разрабатывал, просто умер. Потом запретили аборты, и начался дремучий пронатализм (поощрение рождаемости), когда все начали прижимать. При Сталине и разводы практически запретили, и контрацепцию. Но потом, когда выяснилось, что рождаемость все равно низкая, а аборты все равно делают, власть столкнулась с патологически высокой материнской смертностью. Люди просто умирали при подпольных абортах. Тогда в 1955 году аборты легализовали. И их количество выросло просто феерически.

С У советской власти была какая-то своя демографическая логика? Ведь государство было заинтересовано в рождении новых советских граждан.

Сакевич: Высокое количество абортов и в СССР, и в постсоветский период, конечно, все время беспокоило Министерство здравоохранения и власти вообще. Очень долгое время делали ставку на пронатализм. Считалось, что наша цель — это увеличить рождаемость и обеспечить рост населения, поэтому если мы уговорим женщин не делать аборт, а родить ребенка, то всем от этого будет лучше. Ведь государству нужны люди, нужно больше населения. Эти цели преследуются и сейчас.

Денисов: Такая политика началась с 1930-х годов. До голода и коллективизации особенного пронатализма не было, потому что рождаемость была очень высокой, даже в 1920-е годы. Отсюда появилось выражение «бабы еще нарожают», когда людей не жалели вообще и кидали в любые топки, на любые «Беломорканалы». А потом оказалось, что бабы не рожают еще, и потому начали прибегать к стимулированию. Но получается не очень.

С Но наличие абортов приводит к снижению рождаемости, разве нет?

Сакевич: Снижение рождаемости — объективный процесс, и никто не в силах ему препятствовать. Это закономерность, против которой государство не может ничего сделать. Поэтому в советское время выбрали еще одно направление борьбы с абортами — рассказывать разные «страшилки», что аборт — калечащая операция, которая приводит к бесплодию и даже смерти. Чтобы женщины боялись абортов, их стали пугать последствиями для здоровья.

Денисов: По определению Всемирной организации здравоохранения, это процедура. Процедура от операции отличается тем, что процедуру совершает средний медицинский персонал, а операции делаются врачом. Аборт — одна из самых безопасных хирургических процедур, если она выполнена в медицинском учреждении и квалифицированным персоналом в соответствии с современными медицинскими протоколами. А Министерство здравоохранения почти в каждом приказе использует «страшилки», женщина подписывает документы, где значится, что она предупреждена о возможном бесплодии.

Сакевич: Вместо того чтобы взять ответственность за качественное проведение этой процедуры, учреждения любят пугать. Естественно, последствия могут быть у любого медицинского вмешательства.

С Росстат утверждает, что в России ежегодно делается примерно миллион абортов. За время обсуждения запрета абортов появились высказывания, в том числе сенатора Мизулиной, о занижении их количества. Законодатели ссылаются на независимых экспертов и насчитывают миллионы случаев. Стоит ли доверять официальным цифрам?

Сакевич: Мы получили данные опросов женщин, которых спрашивали, сколько у них было абортов и когда они происходили за последние пять лет. По этим ответам мы посчитали коэффициент абортов, и он полностью совпал с опубликованными цифрами Росстата. Такие же расчеты были сделаны в 1990-х годах коллегами из Германии по другим обследованиям, когда изучали положение дел в регионах. Везде рассчитанный показатель по ответам женщин в точности совпадал с официальной статистикой, в разных регионах и на национальном уровне.

Денисов: Можно привести аргумент против наших доводов о достоверности исследований: «Мало ли что женщины говорят при опросах». Это обычно аргумент гинекологов. Мы можем сослаться на данные эстонских исследователей, ведь в Эстонии большая часть русского населения. Эстонцы доказали, что женщины не склонны врать в обследованиях. Они вполне адекватно отвечают на вопрос об абортах.

Сакевич: Вопрос о перенесенных абортах задавался несколько раз, и завуалированно, были и проверочные вопросы. То есть спрашивали не просто в лоб: назовите, сколько у вас было абортов. Было показано, что наши женщины на постсоветском пространстве не врут. Аборт не является чем-то катастрофичным, это распространенная практика.

В группе женщин от 50 лет и старше 70 процентов делали хотя бы один аборт в своей жизни. Владимир Легойда (председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата. — Прим. ред.) говорит, что цель патриарха и РПЦ — призвать общество не воспринимать аборт как норму. В общем, он прав, до сих пор, особенно в советских поколениях, аборт действительно считается нормой. Это не маргинальное явление, женщины делали аборты массово. Сейчас у нас происходит переход от абортной культуры к контрацептивной. И этот переход разные возрастные группы осуществляют с разной скоростью.

источник